Category: литература

Category was added automatically. Read all entries about "литература".

Фантастика и жизнь

Свыше 10 лет тому назад увидела свет техно-опера Виктора Аргонова "Легенда о несбывшемся грядущем". В мире техно-оперы Советский Союз благополучно досуществовал до 2032 года, эпохи внедрения искусственных интеллектов. Автоматическая система государственного управления (АСГУ), главный советский искин, анализируя окружающую действительность, пришла к выводам, расходящимся с всесильным, ибо верным, учением, после чего советские программисты были вынуждены вручную прописывать положения всесильного, ибо верного учения, в ядро АСГУ. Закончилось все очень печально, причем отнюдь не только для СССР.
Я лично воспринимал развитие событий в опере Аргонова как оригинальный сюжетный ход, красивую фантастическую задумку... Воспринимал больше десятилетия - до тех пор, пока не прочитал историю об алгоритмической системе отбора кандидатов для трудоустройства в компании "Amazon". На основе анализа фактических эпизодов приема на работу, система пришла к выводу о предпочтительности мужчин на позициях разработчиков софта и техников, что расходится с уже с другим учением, но тоже всесильным, ибо верным. Программисты Amazon были вынуждены вручную прописывать положения всесильного, ибо верного учения, в ядро системы. Впрочем, результат был не особо успешным, так что в 2017 году проект закрыли...
Похоже, фантастика, в очередной раз оказалась пророческой. И по мере того, как информационные технологии будут становиться сложнее, выбор между верностью догмам и эффективностью будет вставать все чаще... А классический сюжет о бунте машин имеет все шансы на воплощение в виде луддитского бунта против машин, лайт-версии Батлерианского джихада...
Заметка размещена в ru_scifi.

"Старый Пушкин"

Не так давно попалось мне древнее стихотворение Городницкого:


И Пушкин возможно, состарившись, стал бы таким,
Как Тютчев и Вяземский, или приятель Языков.
Всплывала бы к небу поэм величавых музыка,
Как царских салютов торжественный медленный дым.

И Пушкин, возможно, писал бы с течением дней
О славе державы, о тени великой Петровой, —
Наставник наследника, гордость народа и трона,
В короне российской один из ценнейших камней.

Спокойно и мудро он жил бы, не зная тревог.
Настал бы конец многолетней и горькой опале.
И люди при встрече шептали бы имя его,
И, кланяясь в пояс, поспешно бы шапки снимали,

Когда оставляя карету свою у крыльца,
По роскоши выезда первым сановникам равен,
Ступал он степенно под светлые своды дворца,
С ключом камергера, мерцая звездой, как Державин.

Царём и придворными был бы обласкан поэт.
Его вольнодумство с годами бы тихо угасло.
Писалась бы проза. Стихи бы сходили на нет,
Как пламя лампады, в которой кончается масло.

И мы вспоминаем крылатку над хмурой Невой,
Мальчишеский профиль, решётку лицейского сада,
А старого Пушкина с грузной седой головой
Представить не можем; да этого нам и не надо.


И поймал я себя на двух мыслях. Первая - "Хочуууу! Хочу книги такого Пушкина". Пушкина-прозаика, Пушкина-драматурга, Пушкина-философа...


И мысль вторая - а ведь что-то сломалось в XX веке. Для XIX века гибель Пушкина была трагедией, не только трагедией личной ("Угас, как светоч, дивный гений, // Увял торжественный венок."), но и трагедией России - с гибелью поэта оказались потеряны книги, которые он мог бы написать ("Если бы жил он дольше, может быть, явил бы бессмертные и великие образы души русской."). Даже в начале XX века гибель Пушкина воспринималась явно в черных тонах - и у Северянина ("Дантес убил мысль русскую эпохи"), и у Багрицкого ("Наёмника безжалостную руку // Наводит на поэта Николай!", выливающееся в острое осознание современности этой трагедии - "Я мстил за Пушкина под Перекопом").


А у наших современников смерть эстетизируется. Ранняя смерть на дуэли, гибель на взлете становится как бы не знаком качества, признаком поэтического таланта. Как в процитированном стихотворении Городницкого, как у Высоцкого ("Кто кончил жизнь трагически - тот истинный поэт // А если в точный срок - так в полной мере."), как у Окуджавы ("Он красивых женщин любил // любовью не чинной, // и даже убит он был // красивым мужчиной.").

Наблюдение

В конце XIX-начале XX века писалось немало книг на тему "Как правильно читать книги" (их Адлер, наш Поварнин, частично - Кареев со своими "Беседами о выработке мировоззрения"). В наши дни появляются десятки книг о том, как писать книги (опять таки, и у нас, и за рубежом), а вот о том как читать - ни одной.
Похоже, в старом анекдоте про "Чукча не читатель, чукча - писатель" есть своя сермяжная правда...